askofa: (Default)
[personal profile] askofa

Раньше угрозу устойчивому развитию жизни на Земле представляли перенаселение и перепотребление. Типа ресурсы Земли ограничены, а число потребителей и их потребности всё растут и растут. Однако, в последние годы Китай, Индия, Сингапур взялись за ум и либо сумели ограничить свою рождаемость (Китай), либо очень стараются. Это с одной стороны вселяет некоторый оптимизм, а с другой стороны выдвигает на первое место проблему потребления.


Каждый день мы наблюдаем как обыватель продаёт своё первородство за чечевичную похлёбку — природу за атрибуты потребителя. Здесь я не буду перечислять, что это за атрибуты и какова цена для окружающей среды от их производства, потребления и утилизации. Это паханное поле.


Почему среднестатистический человек не стремится минимизировать свой след из мусора и смерти? Он не ведает что творит или ему всё равно?


Конформизм


По природе своей человек социальное животное. Он склонен с детства усваивать образ жизни, принятый в обществе, где он растёт. Копировать поведение окружающих — настоящих или мнимых (реклама). И до смешного. Например, в сериале Desperate housewifes показан быт американского среднего класса. Может, местами не совсем адекватно, но вряд ли стали бы врать по вопросу мусора. Так вот, почти все жители вымышленного городка сортируют мусор. При этом недоеденную еду выбрасывают в раковину. Единственное исключение — торт. Торт можно оставить на завтра. Всё остальное — только в раковину. Как же так, по вопросу одного сорта отходов они до слёз сознательные, а по вопросу другого — антисознательные? Дело в том, что они не сознательные в обоих случаях, а и то, и другое делают «потому что тут так принято».

В первом приближении это и есть ответ на вопрос. Все не энвайронменталисты — и я не энвайронменталист. Если все начнут суетиться — и я начну.

Однако некоторые моменты всё равно не ясны.

Всё таки как-то общество меняется. Социалистические и феминистические идеи как-то повнедрялись. При том, что ещё при Петре первом понимали, что надо беречь леса, а что крестьянам нужны образование и медицина никому и в голову не приходило. «Капиталистам не выгодно бла-бла-бл...» это тоже не ответ. Левые идеи капитализму любы ещё меньше. При этом левые движения более-менее живы по всему миру. Тогда как движение против потреблядства еле существует в Европе. В РФии вообще ничего похожего нет.


Анропоцентризм


Есть мнение, что в природе человека заботиться о благе для собственного вида. Это дескать ответ на вопрос, почему «зелёные» идеи не популярны пока не касаются окружающей среды города, охраны труда или вымирания человечества. Наиболее экстремальная форма подобного шовинизма — человеку свойственно хотеть максимальной численности для собственного вида.

Однако любовь к собственному виду если и есть, возникает не от природы. Для животных в принципе не свойственно совершать действия во благо своего вида. Животные заботятся о собственном репродуктивном успехе. И в этом смысле скорее конкурируют с другими представителями своего вида. У социальных животных зачастую появляется альтруизм. Но это альтруизм по отношению к членам своей группы. Отсюда никак не следует патриотизма своего вида. А в теории группового отбора группы как раз конкурируют между собой (подробности здесь).

Таким образом, объяснение от антропоцентризма я отвергаю.


Этика


Этическое объяснение просто и изящно. Понимание экологических проблем развилось лишь в XXм веке, тогда как современные этические системы появились гораздо раньше. А доминируют на планете этические системы выросшие из авраамистических религий, где человек создан по образу и подобию божьему, венец творения, его основная задача служить богу / «спасать душу», а вовсе не окружающую среду.

Этическое объяснение мне самой нравится, но я его всё равно раскритикую. В книге «Бог как иллюзия» Докинз убедительно доказывает, что моральные нормы христианина берутся откуда угодно, но только не из библии. Современный верующий не приходит к библии в поисках ответов, скорее он приходит к библии с уже готовыми ответами и подгоняет прочитанное под них.

Так что если человек «хочет» быть энвайронменталистом, он скорее подгонит текст библии под своё желание, чем станет антропоцентристом под влиянием прочитанного.

У меня есть прекрасный пример из своей жизни. В свои школьные годы я была христианином. И при этом энвайронменталистом. Полнокровным таким — я не думала о загрязнениях и вырубках как о чём-то опасном для человека или человечества, я воспринимала разрушение ОС как вещь в себе — это плохо, потому что плохо. Мне было совершенно непонятно почему целые виды организмов и целые биотопы должны быть принесены в жертву человеку. Даже ради выживания человека, не говоря о дополнительном комфорте для человека.

И как я примиряла такие радикальные взгляды со своим христианством? Да очень просто, вычитала в библии одну единственную строчку про охрану ОС, убедила себя, что бог на стороне энвайронменталистов. И даром, что в остальных 66 книгах про ОС ни слова. Меня это не смущало, как остальных людей не смущает рабство, глупость, убийства и пр.

Интересующимся: данная строчка проживает по адресу Откровение 11:18.

А смущало ли меня, что охрана ОС — бессмысленное занятие, как никак Христос второй раз придёт — порядок наведёт? Не сильно. Ведь бог сказал, что погубит губящих землю. Значит надо не быть губящим землю, т. е. энвайронменталистом. Как видно, под любые убеждения можно подвести почву из библии. Бывают же христиане-геи и христиане-феминистки, энвайронменталисту так всяко проще.


Когнитивные искажения


Наиболее сильно, на мой взгляд, искажают восприятие людей Отрицание и Эффект ореола (по Канеману).


Отрицание — это когда человек склонен отрицать праду, если она ему не нравится. А также занижать оценки вероятности неприятных исходов. Вымирание человеческтва — крайне нежелательный исход, вот человек его и отрицает. А в малых масштабах — человеку неприятно осозновать, что из-за его, лично его деятельности происходит такое-то загрязнение. И отрицает.

Эффект ореола — это когда красивый человек кажется одновременно и добрым, и умным, потому что мозгу проще один раз навесить язык «хорош во всём». Мозгу вообще удобнее мыслить ярлыками. Когда-то были плохие глупые луддисты, они были против машин и прогресса. Теперь любой, кто за любое ограничение производства — луддист, плохой и против прогресса. Производство мобильных телефонов принёсло много пользы и радости, подстегнуло развитие науки. Значит надо производить ещё больше телефонов, иначе неполезно, нерадостно и ведёт к стагнации.


У Юдковского есть большая подробная статья о когнитивных искажениях, мешающих оценить вероятность вымирания человечества (Ошибки, влияющие на оценку рисков, 2008). Некоторые вещи из этой статьи проливают свет и на наш вопрос.

Эвристика доступности. Человек считает, что актёры разводятся чаще, чем врачи, потому что разводы актёров часто показывают по телевизору, следовательно они легко припоминаются. Человек никогда не видел примеров вымирания человечества — эвристика доступности работает на занижение оценки вероятности. Зато человек легко вспоминает фильмы, где намечалась катастрофа, но всё закончилось хорошо. И завышает оценку благополучного конца.

Послезнание. Постфактум человек склонен завышать вероятность того события, которое всё-таки случилось. И наоборот.


Талеб [Taleb, 2005] предположил, что ошибки последующего знания и доступности несут первостепенную ответственность за нашу неспособность защититься от того, что Талеб назвал Черными Лебедями. «Черные лебеди» являются особенно серьезным аспектом проблемы мощных последствий: иногда б;льшая часть вариативности процесса происходит из исключительно редких, но исключительно масштабных событий. Представьте себе финансовый инструмент, который зарабатывает $10 с 98% вероятностью, но теряет $1000 с 2% вероятностью. В конечном счете, расход перевешивает доход, но инструмент выглядит как устойчиво выигрышный. Тэйлеб (2001) приводит пример трейдера, чья стратегия работала 6 лет без единого убыточного квартала, принося около $80 миллионов — и затем он потерял $300 миллионов в одной катастрофе.
Другим примером является Long-Term Capital Management, инвестиционный фонд, в состав основателей которого входили два Нобелевских лауреата по экономике. В течение Азиатского кризиса и российского дефолта 1998 года рынки вели себя совершенно беспрецедентным образом, имевшим пренебрежимо малую вероятность по исторической модели, использованной LTCM. В результате LTCM начал терять по $100 миллионов в день, день за днем. За один день в 1998 году он потерял более $500 миллионов [Taleb, 2005].


10$ - это прибыль капиталиста и псевдокомфорт потребителя сегодня и завтра, а 1000$ - это катастрофа уровня Минамата.


Трудно мотивировать людей к предотвращению «черных лебедей»... Защита с трудом воспринимается, измеряется и вознаграждается; это обычно незаметный и неблагодарный труд. Представьте себе, что некая дорогостоящая мера была предпринята, чтобы предотвратить такое явление. Легко вычислить стоимость этих мер, тогда как результат трудно измерим. Как мы можем говорить об эффективности, когда есть два альтернативных варианта объяснения: или принятые меры были эффективны, или просто ничего существенного не случилось. Оценка качества работы в таких случаях не просто сложна, но искажена наблюдением «актов героизма»... В исторических книгах не пишут о героических превентивных мерах.


В случае охраны ОС тоже непонятно, сколько средств тратить на «превентивные меры» и как оценить эффективность охраны. Плюс к тому — непонятно как мотивировать людей отказаться от того или иного «комфорта», результат подобного героического отказа опять же невидим.


Включение лишнего элемента. Человек склонен переоценивать вероятность конъюнкции вероятных событий и недооценивать вероятность дизъюнкции маловероятных событий. Например, какова вероятность того, что произойдёт хотя бы одна из пяти катастроф, вероятность каждой из которых 10%?


40%, большинство испытуемых занижают такие оценки


Ошибка прохожего. Здесь описан жутковатый случай из жизни, на примере которого объясняется, что такое ошибка прохожего.

А вот как это искажение мешает оценить риск катастрофы:

Я время от времени спрашиваю: «если «глобальный риск Х» реален, почему не много людей делают что-нибудь в связи с этим?» Есть много возможных ответов, части которых я коснулся здесь. Люди могут быть сверхуверены и сверхоптимистичны. Они могут быть сосредоточены на каких-то одних сценариях будущего, исключая при этом все остальные. Они могут не помнить ни одного случая всеобщего истребления. Они могут переоценивать предсказуемость прошлого, и за счет этого недооценивать сюрпризы будущего. Они могут не осознавать трудности подготовки к чрезвычайным ситуациям без преимуществ знания задним числом. Они могут предпочитать филантропические игры с высокой вероятностью выигрыша, пренебрегая величиной ставки. Они могут уравнивать позитивную информацию о преимуществах некой технологии с негативной информацией о ее риске. Они могут быть отравлены кинофильмами, в которых мир, в конце концов, бывает спасен. Они могут получить моральное удовлетворение гораздо проще, давая деньги на другие виды благотворительности. Или же чрезвычайно неприятная перспектива человеческого вымирания может побудить их искать доводы в пользу того, что человечество не вымрет, без столь же интенсивного поиска причин, по которым это может произойти.
Но если вопрос таков: «Почему не так много людей делают что-нибудь в связи с этим?», один возможный момент может быть в том, что люди, задающие этот самый вопрос, рыщут глазами вокруг, чтобы посмотреть, есть ли еще кто-нибудь, реагирующий на опасность, и одновременно стараются выглядеть уравновешенными и сохраняющими самообладание. Если вы хотите узнать, почему другие не реагируют на опасность, перед тем, как среагировать самому, вы уже возможно ответили на свой вопрос.


Каков реальный риск уничтожения человечества/отката в развитии из-за исчерпания природных ресурсов/деградации биосферы? Для подобных оценок есть современные модели (см. МИР-3). Оптимисты-по*уисты любят демонстративно плевать на эти модели, заявляя, что раз с более старыми моделями, начиная с Мальтуса, ошибались, значит, и новым верить нельзя.

Но позвольте, в физике, начиная с античности придумывали модели, потом находили в них ошибки и заменяли новыми моделями. Может, поэтому не верить современной физике?

Второй момент — у алармистов есть хотя бы мир-3. А что есть у оптимистов? Есть ли у них модель, согласно которой к 2090му году человечество развернёт солнечную батарею на экваторе Луны и обеспечит себя дешёвой энергией? Сколько согласно этой модели денег надо уже сейчас тратить на космическую программу? Тратится ли столько в реальности? А может, физикам на изобретение батареи не хватает? Может, надо поужаться с айфонами и вложиться в батареи или в луноход? Где эти расчёты? Где уверенность в завтрашнем дне? Получается, что модели есть только у алармистов, а у оптимистов (не поворачивается язык говорить «сциентистов») есть только авось.


Оценить риск вымирания человечества очень трудно, потому что мы никогда не сталкивались с таким событием. Но даже если этот риск мал, повод ли это уничтожать виды и биотопы ради иллюзорного комфорта? Кто голосовал за то, что кататься по ТТК на собственном рыдване важнее чем Тюменское болото, что говядина, чем южноамериканские животные. Кто принимает эти решения? Единожды вымерший вид уже не вернуть. Неужели нужно доверять такие решения рынку, то есть стихии.

From:
Anonymous( )Anonymous This account has disabled anonymous posting.
OpenID( )OpenID You can comment on this post while signed in with an account from many other sites, once you have confirmed your email address. Sign in using OpenID.
User
Account name:
Password:
If you don't have an account you can create one now.
Subject:
HTML doesn't work in the subject.

Message:

 
Notice: This account is set to log the IP addresses of everyone who comments.
Links will be displayed as unclickable URLs to help prevent spam.

Profile

askofa: (Default)
askofa

March 2017

S M T W T F S
    1234
567891011
12131415161718
19202122232425
2627 28293031 

Style Credit

Expand Cut Tags

No cut tags
Page generated Sep. 21st, 2017 09:15 pm
Powered by Dreamwidth Studios